Звонка из СПИКа по поводу дня операции я ждала так же с нетерпением, как и всю прежнюю новую инфо касательно Акции. После первой консультации, случилось это ровно через неделю, мне позвонили и сообщили, что ОП 8-ого, это была пятница. Естественно я эту новость сообщила всем своим подругам, муж взял на субботу билеты из Москвы, чтобы меня поддержать после ОП, в общем, все вокруг в ожидании. В итоге, звонят мне 7-ого вечером из СПИКа и сообщают, что ОП переносится на 12-ое… Я думаю, вот блин. Ну ладно, значит, выходные проведу еще в божеском виде с семьей. И вот 11-ое понедельник, я опять жду звонка, за выходные уже умотала с мужем в Москву и купила билеты, чтобы быть утром во вторник в Питере, в итоге мне звонят и операцию опять переносят, теперь уже на 13-ое. Блин, блин, блин… опять меняю билеты и остаюсь еще на один день в Москве. 12-го, когда я уже ехала в поезде обратно в Питер и мне позвонили из СПИКА, я готовясь услышать новость о переносе моей операции, уже собралась говорить речь, о том, что все равно приеду. Но мне торжественно сообщили, что моя операция в 15:00 и что взять с собой в палату халатик, ну и предупредили не кушать за 6-ть часов. Я облегченно вздохнула и уснула уже до Питера.
И вот, наконец-то, утро 13-го, среда. Волнения у меня не было никакого вообще, я утром проснулась и вздохнула: ну, наконец-то, хоть какие-то перемены. Знаете, когда сначала всю свою сознательную жизнь пашешь, почти без выходных, а потом выпадаешь из активной жизни больше чем на полтора года (9 месяцев токсикозной беременности и с ребенком почти год) крышняк-то от однообразия съезжает, а тут такое событие, из меня будут делать принцессу!!!
Ну, так вот. Вышла я из дома пораньше, решила в аптеке закупить всякого для снижения отеков и для ухода за носиком после рино, ну и, заодно, по пути, заглянула в Рив Гош на часок - отказать я себе там ни в чем не смогла, т.к. у меня было оправдание: иду на операцию, имею право, ну и в итоге в СПИК я зашла с огромным пакетом лекарств и полной сумкой новой косметики.
Тем не менее, я все равно приехала раньше на час и весь этот час проболтала с Лентой в холле, с которой мы заранее договорились встретиться - у нее как раз был очередной осмотр в СПИКе. Так что, Ленточке довелось увидеть мой первозданный нос вживую.
Ну, а дальше было все очень быстро… Ровно в 15:00 за мной спустилась какая-то солидная тетя (я так и не поняла, кто это был), одетая по-деловому, естественно ухоженная по всем понятиям пластической хирургии и очень-очень внушающая доверие и спокойствие. Она меня проводила в палату, все рассказала, все показала, уверила меня, что волноваться не стоит (я, правда, особо и не волновалась) и сказала, чтобы я переодевалась и ждала Ларису Батразовну, которую собственно ждать-то и не пришлось. Она пришла сразу и уже в скором времени мы проговаривали, что будем делать с носом. Вердикт: укорачиваем, сужаем кончик, удаляем горбинку, ну и по окончанию – остеотомия (наконец-то я поняла, что сие значит). Потом фото на память… Ну, и в палату №1, ждать анестезиолога-реаниматолога, который предстал передо мной тоже очень быстро. К его приходу про купленную косметику я уже позабыла и волнение вдруг откуда-то подкатило к горлу. Сергей Васильевич (каюсь, имя подглядела на сайте СПИКА, т.к. голова у меня на имена дырявая), так же как и тетя, которая меня провожала в палату - человек, настолько внушающий доверие и спокойствие, что с его приходом все имеющиеся вопросы куда-то улетучились, зато он мне задал, наверное, тысячу… Хотя нет, два я все-таки задала: «какова вероятность проснуться во время ОП», на что получила «нулевая», ну и «через сколько можно будет делать сиськи» - «через два месяца». Все, больше меня ничего не волновало! Далее я получила волшебный укольчик от медсестрички Оли (очень внимательная и заботливая девушка, прям как мама), после которого стало таааак хорошо и я поймала себя на мысли, что в таком состоянии я б радостно жила даже с носом как у Жерара Депардье. Оля мне принесла одежду для операции - рубашку, шапочку и тапочки в виде шапочки. Я переоделась, зашла в операционную, забралась на сооружение в виде массажного стола и далее уже помню улыбающуюся мне медсестру в тумане…и всеееее. Следующий кадр: меня перекладывают на кровать в палате и мои слова анестезиологу : «Теперь остались сиськи» (за что мне очень стыдно). Наркоз я пережила очень хорошо, через пол часа после ОП я уже пила чай, а через полтора ела.
Забегая вперед, скажу, что самое противное после операции, это оказалась первая ночь. Во-первых, будучи под наркозом я очень хорошо выспалась, и спать не хотела вообще. Во-вторых, ужасно противно дышать ртом, горло пересыхает, хочется пить все время, какой там спать. Так я промучилась часов до двух ночи, с зеркалом и мобильником в руках, потом вроде вырубилась, через час проснулась от какого-то непонятного ощущения на лице. Посмотрев в зеркальце я увидела картину маслом… мое лицо заплывало на глазах, через два часа я уже почти ничего не видела, т.к. не было чем, и в добавок оно было все синее.
Утром Оля меня застала, даже и не знаю как правильно назвать, с новым лицом или вообще без лица. Но, к моему удивлению, ее это не смутило, меня даже утешила, сказав, что мой случай не критичен, бывает гораздо хуже. Меня это особо не успокоило, но, вспомнив про мужа, меня посетила та же мысль, что и во время родов: «Какое счастье, что его нет рядом, и он не видит весь этот кошмар».
Ларису Батразовну я так и не застала - она не успевала к пяти и чтобы я не ждала ее, она поручила вынимать мне тампоны из носа (извините, забыла как их правильно) мед сестричке. В часа четыре она мне их вынула, и я тут же вспомнила, что такое дышать, правда не надолго, потом отек взял свое, и я быстро забыла.
В течение дня я все оплывала и оплывала, и на выходе, часов в пять, мое лицо было уже синим воздушным шариком. Встречающий меня папа был в шоке, мама мне открыла дверь только после того, как я подала голос, ну а самым важным для меня было, как отреагирует моя десятимесячная дочка. Десять минут она на меня искоса смотрела, а потом уже ни на шаг не отходила, жалела маму.
Далее были три дня ноющего лица, что странно для меня - нос вообще не болел, болело отекшее лицо. Поэтому до момента снятия гипса нос я не воспринимала вообще, даже не переживала по поводу того какой он. Для меня тогда было важно мое лицо, мои глаза, мои губы, щеки… Мне казалось, я уже никогда не получу их обратно.
Через три дня мне надо было на осмотр, на который меня повезла моя верная подруга Че. К тому моменту у меня уже был пик отека, я была 100%-ый бомж азиатского происхождения - на Ленинградском вокзале приняли б за свою. В тот же день КоЛе снимали гипс, естественно, она меня не узнала….
На осмотре ЛБ почистила мне носик и сказала, что все идет по плану. Оля мне сделала противоотечный укол, после которого мое лицо стало приобретать человеческий вид. Внешние отеки спали у меня ровно на седьмой день, синяки остались до сих пор…